Коан приводит к постижению Дзэна

Коан имеет целью искусственное или систематическое развитие в последователях Дзэна того, что древние учителя открывали в себе непосредственно. Он также позволяет передать опыт Дзэна большому количеству умов, на что, в отсутствие этой системы, учитель Дзэна не мог бы и надеяться. Таким образом, коан стремится к популяризации Дзэна и в то же самое время сделался средством сохранения опыта Дзэна во всей его подлинности. «Аристократический» Дзэн превратился в «демократический», систематизированный и до некоторой степени механизированный Дзэн. Несомненно, это также означало бы его искажение, но без этого нововведения Дзэн, вероятно, уже давно умер бы. По-моему, именно система упражнений коан спасла Дзэн - это уникальное наследие - дальневосточной культуры. Чтобы немного лучше понять те обстоятельства, которые обусловили возникновение системы коан, позвольте мне привести слова одного из двух учителей XI столетия. Они свидетельствуют о том, что в то время было, по крайней мере, две тенденции, разрушающие Дзэн. Одна представляла собой доктрину и практическую школу «абсолютного спокойствия», а другая - привычку умствовать, которая давила Дзэн со всех сторон. «Абсолютное спокойствие», с идеей которого учителя Дзэна неустанно боролись с самого начала истории Дзэна, по ошибке принималась за сущность Дзэна. Эта тенденция почему-то неизбежно преследовала практическую школу Дзэна. Что касается умственного понимания Дзэна, то не только неспециалисты, но также некоторые приверженцы Дзэна постоянно увлекались им вопреки опыту Дзэна. Нет сомнения в том, что здесь скрывается злейший враг Дзэна. Если с ним не покончить, то он, несомненно, будет снова и снова поднимать голову, особенно тогда, когда Дзэн выказывает признаки упадка. Синдзе Кокумон говорит в одной из своих проповедей: «Что касается Дзэна, то первостепенное значение в нем имеет личный опыт. Все, что не основано на нем, находится вне его. Поэтому изучение Дзэна должно непосредственно вытекать из самой жизни, а сатори должно быть глубоким. Если что-либо остается неисчерпанным, то это значит, что вы еще не совсем ограждены от мира злых духов. "Разве не говорил один древний учитель, что множество трупов лежит на гладкой, ровной земле, а также, что они настоящие, что они прошли сквозь колючие заросли?" В наше время многие люди стали жертвой заблуждения и считают, что Дзэн достигает своей кульминации, когда все функции тела и ума прекращаются и имеет место сосредоточение, распространяющееся на одно мгновение настоящего, в котором преобладает состояние "вечности в одном мгновении" - состояние, в котором все существо замирает, подобно пламени лампады в старой придорожной гробнице; это состояние холодной отчужденности. К глубокому сожалению, они не могут понять, что такое состояние сосредоточенности, как бы желательно оно ни было, становится - когда человек привязывается к нему - препятствием к достижению истинного внутреннего просветления или проявления сверхчувственного состояния».

[…]

Дзэн выше слов

Дзэн выше слов

Жизнь в монастыре не сводится только к работе и спокойному размышлению над коаном. Интеллектуальная жизнь также протекает в форме лекций. В древние времена сэссин не был регулярным явлением, и все лекции или проповеди читались по праздникам, в памятные дни или по какому-либо торжественному случаю вроде приема посетителей, должностных лиц, или по случаю завершения какой-нибудь работы. Таким образом, использовался всякий удобный случай, чтобы просветить умы искренних искателей истины. Это беседы, проповеди, призывы и короткие, содержательные замечания, которые так характерны для Дзэна и зарегистрированы в его литературе, которая в основном и состоит из них. С одной стороны, Дзэн выше букв, а с другой - в нем их полно. По-моему, китайский язык как нельзя лучше приспособлен к Дзэну. Это, вероятно, самое лучшее средство выражения Дзэна. Возьмем одну только литературную сторону. Благодаря своей односложности, этот язык выразителен и энергичен. Одно слово несет в себе большое количество информации. Несмотря на то, что неопределенность смысла является одним из неизбежных недостатков, учителя Дзэна знают, как им пользоваться, и сама неопределенность языка становится орудием в их руках. Учитель далек от желания что-либо скрывать или вводить в заблуждение, но хорошо выбранное односложное слово, слетая с уст учителя, превращается в самое важное для всей системы Дзэна слово. Уммон считается в этом отношении высшим адептом. Посмотрите, до какой степени лаконичны его высказывания. Когда его спросили, что такое меч Уммона, он ответил:
- Висит.
- Каков самый короткий путь к Уммону?
- Самый интимный.
- Какое из трех тел Будд (трикайя) будет проповедовать?
- По существу.
- Насколько я понимаю, все древние учителя говорят, что когда человек познает истину, все кармические препятствия исчезают, но если он ее не познал, то ему нужно будет уплатить все долги. Интересно, знал ли об этом Второй патриарх или нет?
- Конечно.
- Что такое око истинной дхармы?
- Повсюду.
- Когда человек совершает отцеубийство или матереубийство, то он идет к Будде и кается в грехах. Однако если человек убьет Будду или патриарха, то куда ему следует идти с покаянием?
- Разоблачен.
- Что такое Дао (Путь или Истина)?
- Иди дальше.
- Почему без согласия родителей человек не может быть посвящен в духовный сан?
- Как мелко.
- Я не могу понять.
- Как глубоко.
- Какая фраза вовсе не бросает тени?
- Открылось.
- Как вы смотрите на вопрос?
- Слеп.

[…]

Почему Дзэн предлагает отказаться от всякой собственности?

Почему Дзэн предлагает отказаться от всякой собственности?

Состояние ума, в котором стерты всякие следы концептуального сознания, христианские мистики называют «бедностью». Таулер определяет его так: «Абсолютная бедность наступает тогда, когда ты не можешь вспомнить, то ли кто-то когда-то был перед тобою в долгу, то ли ты был кому-то чем-то обязан: подобным образом ты обо всем позабудешь, отправляясь в свой последний путь смерти».

Учителя Дзэна более поэтично и более позитивно выражают это чувство «бедности». Они прямо не упоминают о мирских вещах. Мумон поет:

Сотни весенних цветов, осенняя луна,
Освежающий летний ветерок, зимний снег.
Освободи свой ум от всех праздных мыслей,
Ты можешь безмерно наслаждаться каждым временем года.

Сюан из Нантайя говорит:

Сижу я спокойно в Нантайе, где курится ладан.
Один день восторга, все позабыто.
Не то, чтобы ум остановился и мысли исчезли,
Просто ничто не может нарушить мой покой.

[…]

Дзэн против фальши

Дзэн против фальши

Последователи Дзэна не согласны с христианами - даже с мистиками - в том, что они слишком много внимания уделяют Богу, создателю и центру всей жизни и всего бытия. Отношение к Будде носит в Дзэне характер полного отождествления с объектом мысли. По этой причине в разговоре они очень не любят употреблять слова «Будда» или «Дзэн». И это не потому, что они против Будды, а вследствие того, что не существует, в общем, ничего такого, чтобы можно было бы назвать именем Будды. Послушайте, какое деликатное замечание делает Госсо Кэгэн своему ученику Эно:

- В тебе все хорошо, есть только один маленький недостаток,- сказал Госсо Кэгэн своему ученику Эно.

Эно спросил два или три раза, в чем он выражается. Учитель сказал:
- В тебе слишком много Дзэна.
- Позволь,- запротестовал ученик,- если человек изучает Дзэн, то разве не естественно, что он говорит о нем? Почему этого следует избегать?
- Если это простой, обыденный разговор, тогда не так страшно,- ответил Госсо.

Один монах, которому случайно довелось присутствовать при этом разговоре, спросил:
- Почему вы так не любите говорить о Дзэне?
- Потому что от этого тошнит,- закончил учитель.

[…]

Бескорыстие в Дзэн

Бескорыстие в Дзэн

В некоторых отношениях тот вид обучения, который превалирует в дзэндо, несомненно, отстает от времени. Но основные принципы такие, как упрощение жизни, борьба с праздностью, ленью, независимость личности и то, что называют «тайной добродетелью», вечно живы. Последнее в особенности является самым характерным признаком дисциплины Дзэна. «Тайная добродетель» означает совершение добра без мысли о признании его другими и самим собой. Христиане могут назвать это выполнением воли Всевышнего. Я прыгаю в воду, чтобы спасти утопающего ребенка. Что было нужно сделать, сделано. И думать об этом больше не надо, я иду дальше, не оборачиваясь. Проплывает облако, и небо снова чистое и голубое. Дзэн называет это «поступком без заслуги» и сравнивает его с работой человека, который пытался наполнить колодец снегом. Таков психологический аспект «тайной доктрины». С религиозной точки зрения, она состоит в том, чтобы относиться к миру с почтением и благодарностью, чувствуя, будто несешь на своих плечах все грехи мира.

Одна пожилая женщина спросила Дзесю:
- Я являюсь представительницей пола, который встречает пять преград в достижении совершенства Будды, каким образом я смогу когда-либо избавиться от них?
- О, пусть все остальные люди родятся на небе, и пусть будет так, чтобы я, эта скромная личность, один продолжал страдать в этом океане боли,- сказал учитель.

[…]

После окончания обучения в дзэндо

В отличие от школьного образования, пребывание в дзэндо не связано с определенным сроком обучения. Для некоторых окончание обучения может не иметь места даже после двадцати лет пребывания в нем. Но обладая средними способностями и большим упорством, человек в состоянии постичь все тонкости учения Дзэна за десять лет. Однако воплощать принципы Дзэна в каждое мгновение жизни - то есть всецело проникнуться его духом - это другой вопрос. Одной жизни поистине может быть недостаточно для этого, так как говорят, что даже Шакьямуни и Майтрейя еще не закончили своей практики.

Чтобы достигнуть абсолютного совершенства, одного понимания истины Дзэна недостаточно. Человек должен пройти период, известный под названием «долгого созерцания священного чрева». Этот термин, должно быть, был заимствован из Даосизма, теперь он в общем означает «вести жизнь, гармонирующую с пониманием». Под руководством учителя монах может, в конечном счете, достичь глубокого понимания всех тайн Дзэна, но это в той или иной степени связано с интеллектом, хотя и в самом высшем смысле. Жизнь монаха, как внутренняя, так и внешняя, должна находиться в совершенной гармонии с его достижениями. Для этого необходима дальнейшая тренировка, так как то, что он узнал в дзэндо, в конце концов представляет собой только направление, на котором должны быть сосредоточены все его усилия. Но теперь ему нет необходимости оставаться в дзэндо. Наоборот, его идейные достижения должны подвергнуться дальнейшему испытанию, придя в действительный контакт с миром. Для такого «созревания» не существует каких-либо предписанных правил. Каждый действует по своему усмотрению, сообразно обстоятельствам, в которых он может оказаться. Он может удалиться в горы и стать отшельником или пойти на «рынок» и принимать активное участие в делах мирских. Говорят, что Шестой патриарх 15 жил в горах после того, как он оставил Пятого патриарха. Его не знали в мире, пока он не пришел послушать проповедь Инсю. Ен, национальный учитель, провел 40 лет в Нянь-яне и не появился в столице, но о жизни этого святого узнали повсюду, и по настоятельной просьбе императора он, в конце концов, покинул свою лачугу. Исан провел несколько лет в дикой местности, питаясь орехами и находясь в обществе обезьян и оленей. Однако его нашли, построили в тех местах большие монастыри, и он стал учителем полутора тысяч монахов. Кандзан, основавший Месиндзи в Киото, удалился в провинцию Мино и работал там поденщиком в деревне. Никто не узнавал его, пока не произошел один случай, благодаря которому стало известно, кто он, и после этого императорский двор стал настаивать на том, чтобы он основал монастырь в столице. Хакуину достался заброшенный храм в Суруге в качестве единственного наследства в этом мире. Мы можем представить себе эти развалины, читая следующее: «Крыши не было, и ночью на потолке сияли звезды. Пол также отсутствовал. В дождливые дни было необходимо одевать непромокаемую шляпу и пару высоких деревянных башмаков (гэта), когда какие-либо церемонии имели место в главном зале храма. Все имущество храма было в руках кредиторов, а вещи, принадлежащие священнослужителю, были отданы под залог купцам». Так Хакуин начинал свою карьеру.

[…]

Как проходит беседа между мастером Дзэн и учеником?

Как проходит беседа между мастером Дзэн и учеником?

Кроме лекций во время сэссина монахи практикуют то, что называют сан-дзэном (сан-чань, дословно означает «достижение или изучение Дзэна»). Заняться сан-дзэном - это означает пойти к учителю и, изложив свою точку зрения относительно какого-нибудь коана, выслушать критические замечания. В те дни, когда сэссин специально не проводится, такие беседы, как правило, состоятся 2 раза в день, но в период «собирания мыслей» - что и подразумевается под словом «сэссин» - монах должен видеть учителя 4-5 раз в день. Такие визиты к учителю носят частный характер. Когда-то это делалось публично, и все мондо (вопросы и ответы) имели место перед всеми собравшимися, как это сказано в «правилах» Хякудзе. Но позже появились нежелательные осложнения, такие как формализм, подражание и другие глупости. Поэтому в современном Дзэне сан-дзэн носит всегда частный характер, за исключением отдельных особых случаев. Каждый монах должен в индивидуальном порядке явиться в комнату, где состоится беседа, проходящая в формальной и торжественной обстановке. Когда монах появляется у порога учителя, он совершает 3 поклона, простираясь ниц на полу. Затем он входит в комнату, сложив руки ладонями вместе у груди, и когда он подходит к учителю, он садится и еще раз кланяется. В этой комнате пренебрегают всеми мирскими условностями. Если с точки зрения Дзэна возникает необходимость ударить друг друга, то это может случиться. Здесь ставится единственная цель - самым искренним образом проявить истину Дзэна, а все остальное имеет второстепенное значение. Этим объясняется весь утонченный формализм встречи. После беседы монах таким же образом удаляется. Один сан-дзэн для тридцати с лишним монахов занимает больше полутора часов. В это время учитель испытывает крайнее напряжение. 4 или 5 таких сеансов в день, должно быть, для самого учителя представляют своего рода мучение, если он не обладает крепким здоровьем.

[…]

Проповеди и лекции в Дзэн

В монашеской жизни существует период, который полностью предназначается для умственной дисциплины и не прерывается физическим трудом, за исключением самого необходимого. Он известен как «великий сэссин» (цзянь синь; на каком историческом этапе развития дзэндо появился этот сэссин, неизвестно. В «Правилах» Хякудзе о нем не упоминается. Скорее всего он возник не в Китае, а в Японии во времена Хакуина. Поскольку существует период, называемый обычно «домашним» сезоном, монахи прекращают путешествовать и практикуют сэссин, а также усердно изучают Дзэн, но в течение недели, специально отведенной для этого, изучение носит особенно упорный характер) и длится неделю каждый месяц во время сезонов, называемых «летним домашним периодом» и «зимним домашним периодом». Летний домашний период начинается в апреле и заканчивается в августе, а зимний домашний период начинается в октябре и заканчивается в феврале. «Сэссин» означает «собирание или сосредоточение ума». Пока длится этот период, монахи не покидают дзэндо, встают раньше обычного и ложатся спать позже. В это время каждый день им читают своего рода лекции. Используются учебные пособия, самыми популярными из которых являются «Хэкиган-сю» и «Риндзай-року», считающиеся самыми глубокими книгами школы Риндзая. «Риндзай-року» - это собрание проповедей и высказываний основоположника дзэн-буддийской секты Риндзая. «Хэкиган-сю», как уже раньше упоминалось, есть собрание сотни примеров из дзэн-буддийской практики с критическими аннотациями и стихотворными комментариями. Само собой разумеется, для этой цели также используется множество других книг. Для обыкновенного читателя такие книги, как правило, совершенно непонятны. После целого ряда лекций он также остается в неведении, понимая, что еще не достиг глубокого понимания истин Дзэна.

[…]

Униженность, нищета и внутренняя святость - главные идеалы Дзэна

Униженность, нищета и внутренняя святость — главные идеалы Дзэна

Дзэнские монахи, всесторонне развивая свои способности, не получают никакого книжного, то есть формального, образования, которое, как правило, осуществляется посредством абстрактного метода обучения: их дисциплина и знание носят практический и эффективный характер. Основной принцип жизни в дзэндо это «учение в работе». Они презирают так называемое «мягкое» обучение, которое походит на легкую пищу поправляющегося больного. Когда львица производит на свет своих детенышей, то, как многие говорят, через три дня она бросает их в глубокую пропасть и смотрит, сумеют ли они взобраться обратно к ней. Те, что не выдерживают этого испытания, считаются недостойными ее рода. Нечто подобное имеет в виду учитель Дзэна, который обращается с монахами внешне весьма грубо. У монахов нет ни хорошей одежды, ни достаточного количества пищи, которой бы они могли насладиться, нет времени выспаться, и, кроме всего прочего, они должны много работать – и физически, и духовно. Внешняя нищета и внутренние идеалы, при условии гармоничной и безукоризненной работы, приводят, в конечном итоге, к выработке прекрасных характеров, способных к высоким достижением в Дзэне, а также в делах повседневной жизни. Эта уникальная система обучения, которая до сих пор применяется в каждом дзэндо, не очень хорошо известна светскому обществу в нашей стране. Кроме того, беспощадный бич современного коммерческого предпринимательства не оставляет незатронутым ни одного уголка. Скоро может настать время, когда уединенный остров Дзэна окажется погребенным, как и все остальное, в пучине волн грубого материализма. Сами монахи уже перестают понимать великие идеи древних и современных учителей. Хотя некоторые стороны обучения в монастырях и могут быть пересмотрены, их высоко религиозное и благоговейное чувство должно сохраниться во имя сохранения жизни Дзэна.

Теоретически философия Дзэна идет за пределы всякого умозрительного понимания и не связана с законами антитезы. Но сказать так означает поставить Дзэн на очень скользкую почву, идя по которой многие рискуют упасть.

[…]

15 советов Дзэнгецу своим ученикам

15 советов Дзэнгецу своим ученикам

Дзэнгецу, китайский мастер времен династии Тан, написал следующие советы своим ученикам.

  1. Живя в мире, не привязывайся к праху его - таков путь настоящего ученика Дзэн.
  2. Когда видишь, как другой совершает хорошее, поддержи его, следуя его примеру. Услышав об ошибках другого, старайся не превзойти его.
  3. Даже если ты один в темной комнате, будь таким, как перед лицом благороднейшего гостя. Выражай свои чувства, но не более чем это свойственно твоей истинной природе.
  4. Бедность - твое сокровище. Не меняй его на легкую жизнь.
  5. Человек может выглядеть глупцом, но не быть им. Он может просто беречь свою мудрость.
  6. Добродетели - плоды самодисциплины, они не падают с неба, как дождь или снег. Скромность - основа всех добродетелей.
  7. Пусть твои соседи откроют тебя до того, как ты сам откроешься им.
  8. Благородное сердце никогда не принуждает себя. Его слова как редкостные жемчужины, они редко появляются, но имеют большую ценность.
  9. Для чистосердечного ученика каждый день - счастливый.
  10. Время идет, но оно никогда не запаздывает. Ни слова, ни стыд не могут управлять им.
  11. Осуждай себя, а не другого.
  12. Не суди правого и виноватого.
  13. Некоторые вещи, хотя и верные, могут казаться неправильными какому-нибудь поколению. Так как цена правоты может быть установлена через многие века, нет нужды требовать немедленной оценки.
  14. Живи делом, а результаты оставь великому закону Вселенной.
  15. Проводи день в мирных размышлениях.

[…]

О проекте

Самтулана - помощь в достижении долголетия, омоложения и самоосознания.

Нам не интересно, что именно вы считаете важным в своей жизни и не собираемся менять ваши убеждения посредством какой либо проповеди или догм. Мы лишь заинтересованы в том, чтобы помочь вам достичь максимума счастья и полноты жизни. Для этого есть много разных путей и только вам выбирать по какому из них идти - лишь бы вы шли по нему как можно более эффективно!

Подписка